Почему Казахстан возвращается в орбиту интересов России

Максим Артемьев — специально для «Блокнота» о новом устройстве мира после тревожных событий в Казахстане.

Как я и предсказывал в своем обзоре итогов 2021 года, в России взят курс на собирание страны в ее историческом виде. И реакция Москвы на последние события в Казахстане – еще один шаг в данном направлении.

С точки зрения преодоления последствий третьей Смуты то, что случилось в Казахстане – просто подарок для руководства России. Теперь эта страна в орбите еще большего влияния РФ, а на ее территории размещены российские войска. Прежняя многовекторность Нурсултана Назарбаева закончена. Выбор сделан, как и в Минске полтора года назад, в пользу Москвы.

Президент Токаев отныне чужой для Запада, пусть и не «кровавый диктатор», но никак и не союзник (характерен его ответ коллективному Западу: «За рубежом высказываются призывы к сторонам провести переговоры для мирного решения проблем. Какая глупость! Какие могут быть переговоры с убийцами, с преступниками… отдельные так называемые «правозащитники» и «активисты» ставят себя выше закона и считают, что они вправе собираться где хотят и болтать что хотят»), и враг для внутренней либеральной и националистической оппозиции. Раньше она могла метать громы и молнии против лично Назарбаева, но теперь Токаев совершил в их глазах грехопадение – обратился к ОДКБ за помощью и жестко разогнал восставших. И потому его зависимость от поддержки России очевидна.

К тому же Токаев — слабый президент, как ни крути, именно при нем с Казахстаном случилась катастрофа, крупнейший город страны Алма-Ата оказался во власти банд мародеров, а мэрия и дворец президента (где он работает во время визитов в южную столицу) захвачены. При этом волнения происходили практически во всех областях страны.

Перечень разрушений поражает воображение: сожжено дотла гигантское здание городской администрации Алма-Аты — бывшая резиденция ЦК компартии Казахстана, уникальный памятник культурного наследия, объявленный таковым еще в 1986 году. Как теперь будет осуществляться руководство 1,5-миллионным городом? Его ждет управленческий коллапс. Сколько сожжено документации, компьютеров с важнейшими данными? Понятно, что как-то что-то придумают, где-то чиновников разместят, но это невероятный позор — допустить уничтожение такого здания в центре Алма-Аты. И этот позор ложится на Токаева.

Максим Артемьев

Была захвачена и разграблена президентская резиденция в той же Алма-Ате, в Талды-Кургане аналогичным образом сожжено здание алма-атинской областной администрации, в Таразе огонь уничтожил три здания – областной, городской и районной полиции, а областная администрация также сильно повреждена. Количество сожженных полицейских машин, по самым скромным подсчетам, переваливает за сотню. А кроме того, уничтожались пожарные машины, другая спецтехника. Потери только правительства исчисляются многими миллиардами тенге, и на восстановление разрушенного уйдут годы. Ту же администрацию Алма-Аты, видимо, придется сносить и строить заново.

Если говорить о мародерстве, то, по самой первой оценке, торговые сети понесли ущерб на 37 миллиардов тенге (более 86 миллионов долларов). Разграблены магазины крупных торговых сетей в Алма-Ате, Талды-Кургане, Уральске, Чимкенте. В руки маргиналов попало оружие — в результате захвата ими зданий полиции и органов госбезопасности (еще один недопустимый прокол власти).

Казахстанское руководство показало себя крайне слабым и некомпетентным, и ему для поддержки придется опираться на Россию. Да, можно списать на Назарбаева неподготовленность к бунтам, но все равно в переходный период, пока Токаев будет формировать теперь свою команду, он останется в крайне уязвимом положении.

Таким образом, налицо укрепление позиций России перед переговорами с Западом по украинской проблематике. Теперь с ней не только Белоруссия, но и Казахстан. Когда я утром 5-го декабря, то есть за полдня до объявления об обращении Казахстана в ОДКБ, написал в Facebook, что теперь стоит ожидать ввода контингента РФ (а понятно, что он составит костяк миротворцев — у всех остальных чисто символическая роль), то многие возмутились самой постановкой вопроса: мол, это нельзя, недопустимо, это второй Афганистан, Россию возненавидят и т.д. Однако так ли это

Вероятность ввязывания российских войск в столкновения минимальна. Они, собственно говоря, отправлены в Казахстан для психологического эффекта присутствия. Самим фактом пребывания они должны остужать горячие головы. Вся их задача состоит именно в этом. А с точки зрения укрепления позиций России — теперь ее войска находятся еще в Казахстане, крупнейшей постсоветской республике (второе расширение географии их пребывания после ввода миротворцев в Карабах в 2020 году). Так что вопли о том, что «русские войска будут стрелять в восставший народ», — типичная интеллигентская демагогия.

Отметим, что вооруженные силы России получили возможность отработать внезапную переброску войск, что лучше всяких учений, и продемонстрировали всему миру свои возможности. На Украине уже вспыхнула паника «Путин оккупировал Казахстан», а это тоже работает на укрепление имиджа России как сильной страны.

Отметим важный момент: впервые за все время своего существования ОДКБ проводит военную операцию — собственно то, для чего организация создана. Так же и Белоруссия впервые отправляет свои вооруженные силы за границу — важный прецедент для Лукашенко, который в истории с Казахстаном вообще пытался чуть ли не играть первую скрипку и подолгу комментировал ситуацию.

Запад же оказался не при делах: первые несколько дней его представители молчали, потом послышались вялые призывы ко всем сторонам «проявлять сдержанность». Зарубежные СМИ (возьмем, к примеру, примеру «Аль-Джазиру») освещали происходящее нейтрально-сдержанно, картинок поджогов и грабежей не показывали — хотя эффектные кадры напрашивались сами собой, — делая упор на «протестующих».

Основная проблема Казахстана заключается в несформированности его как самодостаточной страны. Статус союзной республики он получил вместе с Киргизией только в 1936 году решением Сталина, а до этого являлся автономией в составе РСФСР. Сталин хотел сделать союзными и Башкирию с Татарией — такие же тюркские республики. Но потом передумал: мол, они будут окружены Россией со всех сторон. Так что за решением о повышении статуса Казахстана не стояло ничего, кроме удобства управления и пропаганды (принятие новой сталинской конституции с ее «дружбой народов», у которых все больше республик).

Независимость свалилась на Казахстан в 1991 как снег на голову — ее никто не ждал и не хотел, республику просто выдавили из СССР решением трех славянских лидеров в Беловежской пуще. И тридцать лет несостоявшийся советский премьер Нурсултан Назарбаев метался, пытаясь решить сразу множество взаимоисключающих проблем, в том числе построить новую нацию, придумать ей историю, найти свое место под солнцем. Важно также было перехватить управление союзными предприятиями, а к ним относилось почти все более-менее значимое в экономике.

Элита стремительно попадала под влияние Запада, отправляя отпрысков учиться кто в Англию (детишки богатеньких), кто в Чехию (дети победнее), западные компании зашли в Казахстан, осваивая его недра, индийцы купили черную металлургию и т.д. А низы, как показали события, оставались вполне себе азиатскими и восточными. Любопытный и показательный момент — значительный контраст между западом Казахстана, где все началось, и югом. На западе поднялись рабочие мужики, владельцы автомобилей, которые стало дорого заправлять, но которым было что терять. На юге — люмпены, перебивающиеся случайными заработками, курьеры, разнорабочие, у которых нет машин, которым нечего терять и которые решили пограбить. Эти так называемые «мамбеты» и явились питательной средой для кровавого бунта, но они — порождение назарбаевской политики по привлечению в страну «оралманов» — этнических казахов из Монголии, Китая и т.д., неграмотных и необразованных.

Курс на вытеснение русскоязычных жителей привел к тому, что в Казахстане расцвел национализм, который в эти дни четко проявил себя. По сути в стране также проводилась кампания «Казахстан — не Россия». Как и майдан на Украине, бунт в Казахстане по сути шел под лозунгом «Прочь от России» — по крайней мере, такую программу конструировали зарубежные оппозиционеры, попытавшиеся оседлать восстание. А практика показывает, что повестку формируют именно верхи. Именно эти верхи предпочитают не видеть ни мародерств, ни убийств полицейских, ни поджогов. Для них это вполне приемлемые издержки революции, если ее итогом станут свержение правящего режима и дрейф в сторону от России (понятно, что вслух о последнем говорят немногие, но суть именно в этом: дорвись завтра оппозиция до власти — будет незамедлительно осуществлен выход из ОДКБ и ЕАЭС, а иначе зачем восставать?)

Теперь, после пережитой катастрофы, население Казахстана получило мощнейшую прививку от попыток повторить нечто подобное. Шок, испытанный людьми, очень силен, они уже никогда не забудут трупы на улицах, стрельбу, поджоги, очереди за продуктами, неработающие банки, отключение интернета — и навсегда запомнят охватившие их страх и ужас. То, что все тридцать постсоветских лет Казахстан жил тихо и мирно, расположило людей полагать, что так будет всегда и что картинки из Чечни или Донбасса к ним отношения не имеют. Оказалось, что имеют, и что сохранение мира — очень трудное дело, и что оно возможно только в союзе с Россией, которая и будет гарантировать стабильность.

Клан Назарбаева, судя по всему, уходит. Так в свое время ушла ельцинская Семья и пришли «питерские». Кто придет с Токаевым — неизвестно, но верхушку Казахстана ждут интересные времена. Возможно, политика станет более социально ориентированной. Понятно, что никаких «свободных» выборов в такой ситуации проводить не будут, самоубийц в верхушке нема.

В СНГ же выстраивается интересная картина: у власти в ключевых странах руководители одного возраста — Путин (1952), Токаев (1953), Лукашенко (1954). Все они — вполне себе советские люди, и им легко будет найти общий язык для реинтеграции. Эпоха «недогосударств», в т.ч. и России, заканчивается.

Максим Артемьев

Источник: bloknot.ru

Добавить комментарий